Лента новостей

Все новости

Популярное

Хазин: Все попытки Мишустина запустить экономический рост ни к чему не приводят

 

Хазин: Все попытки Мишустина запустить экономический рост ни к чему не приводят

Известный экономист Михаил Хазин проводя исторические параллели попытался объяснить, почему у сверхэффективного премьера Михаила Мишустина ничего не получается обеспечить экономический рост. И дело не в нем, а в той системе, которая сложилась в России. В 1928 году, когда Сталин оказался перед необходимостью обеспечить рост в кратчайшие сроки, решился на радикальные меры. Сейчас иная ситуация, но задачи остались те же.

Ситуация в России сегодня удивительно напоминает картину столетней давности. Тогда власть в стране взяли победители Гражданской войны, которых очень относительно можно было назвать «старыми большевиками» (последних было крайне мало). Соответственно, основные должности занимали активные и жёсткие (война, всё-таки) люди, которые понимали, что они пришли «всерьёз и надолго». И запрет на частную форму собственности им ничуть не мешал, секретарь райкома, если этот райком был не в Москве, вполне себе считал всё вокруг своей частной собственностью. Это был не капитализм, конечно, но и не социализм, скорее, такая специфическая форма феодализма. 
 
Такая же картина, в общем, сейчас, только вместо Гражданской войны была приватизация и бандитские войны. Ну и Красной армии сейчас нет (может быть, по итогам СВО она возникнет?), а тогда именно она «сшила» обратно страну, порушенную Временным правительством. Хотя кое-что (Польша, Финляндия) пришлось отдать. Все политические игры были в Москве и Ленинграде, но когда они закончились и в 1928 году было принято решение о коллективизации и индустриализации, то со всей «феодальной вольницей» пришлось заканчивать. А решение было принято потому, что в 1926-27 годах стало понятно, что с имеющимися темпами роста экономики выжить стране в долгосрочной перспективе не получится.
 
И что мы имеем на сегодня? Все попытки Мишустина что-то сделать с экономическим ростом (Путин экономикой не занимается) ни к чему не приводят. Грамотные экономисты уже давно объясни почему — нужна смена экономической модели, либеральная больше не работает. Но есть одно «но» — приватизационная элита от такой модели отказаться не может, это для неё потеря власти. Точно также, как это было сто лет назад: номенклатура 20-х годов хотела дружить с Западом (военные — немцами, политические руководители — с англичанами, хозяйственные — с кем угодно), но только не брать на себя ответственность за серьёзную работу. 
 
Все спрашивают, почему Мишустин смог справиться с обвалом и не может начать экономический рост. А потому, что либеральные элиты тоже не хотели обвала (слишком рискованно) и в этом месте Мишустину помогали. А вот в части взятия на себя ответственности за результат, без чего экономического роста быть не может — это ни-ни! Менять элиту — это не управленческое решение, тут Мишустину никто таких прав не давал, а без этого смена экономической модели невозможна. Хотя правительство Мишустина тоже начинает смотреть в сторону смены модели … А это значит нужно принимать политическое решение.
 
И вот тут все вспоминают опыт 30-х годов … И начинают ёжиться, по вполне понятным причинам. И вот тут можно вспомнить сколько раз Путин говорил о том, что он не хочет чисток. Вопрос только один: это он «отмазывается» от принятия решения, или же пытается объяснить тем, кто всё-таки готов пожертвовать своим статусом члена «приватизационной феодальной элиты», что времени осталось мало? И по мере развития событий, особенно, с началом СВО, мне всё больше кажется, что речь идёт о втором варианте.
 
Ещё раз, другими словами. Сохранить существующую приватизационно-феодальную модель в рамках регулярного развития ситуации не получится никак. И по внутренним причинам, и по внешним, Путин не зря говорит о том, что старая экономическая (а значит, и политическая) модель в мире умерла. А вот сохранить страну, а значит, и её политическую элиту — возможно. И именно этим и будет заниматься Путин (уже занимается), поскольку других выходов нет. Кстати, нашим приватизаторам тоже нужно понять — они зря рассчитывают на «священное право частной собственности», в условиях кризиса на Западе найдутся куда более достойные (с их стороны) владельцы тех активов, которые наши вывезли за пределы страны. Об этом, кстати, Путин тоже говорил. 
 
А потому — альтернативы политическим и кадровым изменениям нет. Какие они будут — я не знаю, это не моё дело, я занимаюсь экономическими моделями. Но куда идёт ситуация — очевидно.
Известный экономист Михаил Хазин проводя исторические параллели попытался объяснить, почему у сверхэффективного премьера Михаила Мишустина ничего не получается обеспечить экономический рост. И дело не в нем, а в той системе, которая сложилась в России. В 1928 году, когда Сталин оказался перед необходимостью обеспечить рост в кратчайшие сроки, решился на радикальные меры. Сейчас иная ситуация, но задачи остались те же.

Ситуация в России сегодня удивительно напоминает картину столетней давности. Тогда власть в стране взяли победители Гражданской войны, которых очень относительно можно было назвать «старыми большевиками» (последних было крайне мало). Соответственно, основные должности занимали активные и жёсткие (война, всё-таки) люди, которые понимали, что они пришли «всерьёз и надолго». И запрет на частную форму собственности им ничуть не мешал, секретарь райкома, если этот райком был не в Москве, вполне себе считал всё вокруг своей частной собственностью. Это был не капитализм, конечно, но и не социализм, скорее, такая специфическая форма феодализма. 
 
Такая же картина, в общем, сейчас, только вместо Гражданской войны была приватизация и бандитские войны. Ну и Красной армии сейчас нет (может быть, по итогам СВО она возникнет?), а тогда именно она «сшила» обратно страну, порушенную Временным правительством. Хотя кое-что (Польша, Финляндия) пришлось отдать. Все политические игры были в Москве и Ленинграде, но когда они закончились и в 1928 году было принято решение о коллективизации и индустриализации, то со всей «феодальной вольницей» пришлось заканчивать. А решение было принято потому, что в 1926-27 годах стало понятно, что с имеющимися темпами роста экономики выжить стране в долгосрочной перспективе не получится.
 
И что мы имеем на сегодня? Все попытки Мишустина что-то сделать с экономическим ростом (Путин экономикой не занимается) ни к чему не приводят. Грамотные экономисты уже давно объясни почему — нужна смена экономической модели, либеральная больше не работает. Но есть одно «но» — приватизационная элита от такой модели отказаться не может, это для неё потеря власти. Точно также, как это было сто лет назад: номенклатура 20-х годов хотела дружить с Западом (военные — немцами, политические руководители — с англичанами, хозяйственные — с кем угодно), но только не брать на себя ответственность за серьёзную работу. 
 
Все спрашивают, почему Мишустин смог справиться с обвалом и не может начать экономический рост. А потому, что либеральные элиты тоже не хотели обвала (слишком рискованно) и в этом месте Мишустину помогали. А вот в части взятия на себя ответственности за результат, без чего экономического роста быть не может — это ни-ни! Менять элиту — это не управленческое решение, тут Мишустину никто таких прав не давал, а без этого смена экономической модели невозможна. Хотя правительство Мишустина тоже начинает смотреть в сторону смены модели … А это значит нужно принимать политическое решение.
 
И вот тут все вспоминают опыт 30-х годов … И начинают ёжиться, по вполне понятным причинам. И вот тут можно вспомнить сколько раз Путин говорил о том, что он не хочет чисток. Вопрос только один: это он «отмазывается» от принятия решения, или же пытается объяснить тем, кто всё-таки готов пожертвовать своим статусом члена «приватизационной феодальной элиты», что времени осталось мало? И по мере развития событий, особенно, с началом СВО, мне всё больше кажется, что речь идёт о втором варианте.
 
Ещё раз, другими словами. Сохранить существующую приватизационно-феодальную модель в рамках регулярного развития ситуации не получится никак. И по внутренним причинам, и по внешним, Путин не зря говорит о том, что старая экономическая (а значит, и политическая) модель в мире умерла. А вот сохранить страну, а значит, и её политическую элиту — возможно. И именно этим и будет заниматься Путин (уже занимается), поскольку других выходов нет. Кстати, нашим приватизаторам тоже нужно понять — они зря рассчитывают на «священное право частной собственности», в условиях кризиса на Западе найдутся куда более достойные (с их стороны) владельцы тех активов, которые наши вывезли за пределы страны. Об этом, кстати, Путин тоже говорил. 
 
А потому — альтернативы политическим и кадровым изменениям нет. Какие они будут — я не знаю, это не моё дело, я занимаюсь экономическими моделями. Но куда идёт ситуация — очевидно.