13:58
Православная индульгенция

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Прилетит мне за такой заголовок. Ну и ладно. Сами напросились. Когда крестик на шее заменяет гражданский паспорт в нагрудном кармане и рассудок в черепной коробке, с этим надо что-то делать. А выглядит это так. Не побоюсь преувеличить, вся страна обсуждает историю группового изнасилования в Новосибирске 16-летней девочки. И вот вам один из обсуждантов. Цитирую. Преподаватель СГУПСа, а по совместительству зампредседателя новосибирского Союза православных педагогов Виталий Бессонов соглашается, что многие видят в произошедшем долю вины девушки. «Девушку по-человечески жалко, но она не права, что пошла в эту компанию. Она знала, куда шла, поэтому виноваты обе стороны. Девушка своим поведением тоже влияет на поведение мужчин», — объяснил эту общественную позицию педагог.


Уж лучше бы вы, гражданин Бессонов, свою православность как-нибудь замаскировали. Ведь даже если у вас нет дочери, а сын ни в какую компанию, кроме церкви, не ходит, говорить «виноваты обе стороны» — это демонстративно плевать в Конституцию России и истекающий из неё Уголовный кодекс. Где русским по белому написано, что изнасилование — это преступление. Статья 131 не предполагает никаких смягчающих для насильников обстоятельств в действиях потерпевших, которые якобы «тоже влияют на поведение мужчин». А если следовать логике не УК РФ, а православного педагога, то принцип «виноваты обе стороны» распространим и на другие виды преступлений. Обнесли квартиру? Сам дурак, не провёл сигнализацию. Спёрли бумажник? Надо было засунуть его в трусы, а не в карман. Избили хулиганы на улице? Не тот маршрут выбрал. И так далее, вплоть до умышленного убийства, совершенного с особой жестокостью.


Православный (а кто за язык тянул?) гражданин Бессонов может исчитать Уголовный кодекс до тлеющих дыр, но он не найдет там ни малейшей связи тяжести вины преступника и поведения его жертвы. Стащить сумку у задремавшей на скамейке бабули ничем не лучше, чем у бодрствующей. Украл — значит украл. Точка. Так называемое «провоцирующее поведение» — не правовая формулировка, а лукавая выдумка ханжей, норовящих подменить единый закон двойной моралью. Для осторожных девочек одни правила, для неосмотрительных другие, ага.


Этот принцип хорошо распространяется на всё и вся. Он делит людей на сорта. Девушку в короткой юбке «почти что можно» изнасиловать, беззаботного богатого старика — ограбить, бомжа — заживо сжечь. Так или не так, гражданин Бессонов? Если не так, то какую специфику вы нашли именно в изнасиловании, почему вам важно поведение жертвы этого типа преступления в отличие от убитых, ограбленных, обворованных? Уж не православную ли криминологию вы преподаете своим студентам? Тогда бы мне не хотелось с ними встречаться: вдруг это способные ученики…


…Не успели мы хотя бы немножечко побороться за правовое государство, как этот термин куда-то испарился. Тавтологичный, правда, как «прейскурант цен» или «VIP-персона». Если государство, то правовое. А если не правовое — то не государство, а хрензнаеткогократия. Можно смело перефразировать Черчилля: первенство закона тягостно, но все остальные общественные приоритеты стократ гнуснее. Если не право, то что? Мораль? Я сам ей занимался как объектом научных изысканий и могу сказать уверенно, что эта тонкая материя хороша сама по себе, но не в руках интерпретаторов, интересующихся длиной юбки и позой на скамейке. Религия? Но она зиждется на морали, и как веревочке ни виться, она затянется на шее очередного еретика. Человечество не придумало лучшего регулятора, чем единый для всех закон и сильный (в идеале неподкупный) полицейский на его страже.


Единственное, в чём я соглашусь с гражданином Бессоновым, так это в том, что «девушку по-человечески жалко». Её — да. А витий, пытающихся оправдывать преступников — нисколько. Не суть важно, атеистов или верующих. Но вторых на финише может ждать сюрприз: хорошо нагретая сковородка.

 
Андрей Соболевский
Журналист