13:58
"Пиндосы нам отрежут" или Нечем крыть

БЛОГИ на Сибкрай.ru



Пора прояснить широкой общественности один вопрос, вокруг которого наросли многочисленные медийно-политические мифы, и успешно кормятся профессиональные городские сумасшедшие.
Среди многих российских сельскохозяйственных "импортозависимостей" (машины и оборудование, агрохимия, кормовые добавки, ветпрепараты и т.д.) есть одна действительно вопиющая и позорная. Это наша тотальная зависимость от зарубежных семян и племенного материала.
Например, когда из телевизора кричат "А вот у нас,... это... куриных окорочков много! Мы теперь по окорочкам самообеспечены! Ура! "Ножки Буша" побеждены!" -- скромно умалчивается, что инкубационное яйцо на российские птицефабрики поставляется из Ирана и Турции. Раньше поставляли из США, но теперь, в связи с эмбарго, переориентировались. В последнее время начались некоторые подвижки, несколько птицекомплексов из Белгородской области начали поставлять яйцо, но родительское и прародительское стадо новейших кроссов всё равно завозят из-за границы. По цифрам оценки экспертов разнятся: по инкубационному яйцу мы зависим от импорта от 50 до 65 процентов, а по родительскому стаду -- от 95 до 100 процентов. Так что, ребята, мы по-прежнему кушаем "ножки Буша" за обе щёки.
Что касается российского животноводства, то на современных высокопродуктивных фермах наших родненьких Зорек и Беляночек давным-давно вовсю кроют американские элитные быки-производители. Поставки из-за океана семени американских и канадских быков -- важнейший фактор воспроизводства стада и устойчивости молочной отрасли. Есть подмосковные и питерские племенные предприятия -- поставщики семени, но они также работают со штатовскими, канадскими и голландскими быками-голштинами. Фактически вся высокопродуктивная генетика на российских фермах -- импортная. И это не считая массового ввоза зарубежного племенного скота, который ставился на новые животноводческие комплексы в середине 2000-х, во время действия Нацпроекта "Сельское хозяйство".
В растениеводстве ситуация примерно та же: 100-процентная зависимость от импортных семян сахарной свеклы, 60-70% -- по гибридам кукурузы, 80% -- подсолнечника. Исключительно импортными семенами пользуются производители картофеля, томата, других овощных культур (имеется в виду профессиональное промышленное овощеводство, а не приусадебный огород).
То есть, случись что -- нам нечего бросить в землю, некем покрыть бурёнку. Ну, что-то бросим и кем-то кого-то покроем -- но оно не вырастет.
Нужно понимать очень важный момент: семеноводство и селекция -- это ОСНОВА любого национального сельского хозяйства. Это база, с которой собственно начинается аграрная отрасль. База, определяющая качество, векторы и экономику отрасли. И, в конце концов, извиняюсь, продовольственную безопасность. Это -- орган продовольственного воспроизводства. Всё остальное -- трактора, элеваторы, супермаркеты, биржи -- производное от этой базы. Наличие или отсутствие собственной качественной работающей генетической базы сельскохозяйственных растений и животных определяет, настоящая ты страна, или не очень.
*****
Почему же оно у нас так всё получилось? Попытаюсь кратко.
Господа, сдающие в аренду помещения в своих институтах под автосалоны и сауны, любят рассказывать, как ЦРУ и Моссад, а также лично агент Борух Эльцын устроили жидомасонский заговор и уничтожили в лихие 90-е "блестящие советские достижения семеноводства и племенного дела" (с). Всё это, разумеется, чушь собачья. Ну то есть, достижения-то были, и иногда мирового уровня -- но до полей и ферм они почти не доходили.
У нашей аграрной науки, как и у любой другой советской невоенной отрасли, отсутствовала система стабильной поставки передовых научных разработок и новых технологий в производственную сферу. Не было и системы мотивирования директоров хозяйств применять эти новые технологии. И все новейшие достижения аграрной науки не выходили за пределы ОПХ и нескольких орденоносных хозяйств-миллионеров. Потому как -- колхозный строй, товарищи. В результате блестящие плеяды советских селекционеров и семеноводов в Подмосковье, в СО ВАСХНИЛ в Краснообске, работали с КПД от силы один процент.
Кроме того, советское сельское хозяйство с самого начала и до самого конца отличалось подозрительным отношением к генетике и вообще к западным достижениям агротехнологий. Ну, тут понятно, откуда ноги растут. Старые овощеводы могут вам красочно рассказать, как советская власть боролась с кассетными технологиями выращивания овощей, коченевские мужики вспомнят, с каким трудом пробивали голландские технологии возделывания картофеля на гребнях, а Юрий Фёдорович Бугаков с удовольствием расскажет, как его обвиняли в "голштинизации советского молочного стада", грозили, что можно и партбилет на стол положить. "У советских собственная гордость", да.
В результате к 90-м годам Россия серьёзно отстала от ведущих зарубежных стран в сфере селекции и биотехнологий. А уж о маркетинге, адаптации научно-исследовательской работы к рыночным условиям, нечего было и говорить. "Неприличными словами не выражаться". И винить в этом наших отечественных учёных или аграриев бессмысленно и несправедливо: другая жизнь была, "два мира -- две системы".
В это же самое время на Западе был совершён грандиозный биотехнологический рывок. Всё началось в 1972 году, когда в канализации завода по производству глифосата в Луизиане произошло одно из главных событий 20-го века. Там случайно были обнаружены бактерии, устойчивые к воздействию гербицидов. Учёным компании "Монсанто" удалось внедрить их гены в гены кукурузы и сои, и с тех пор биоинженерия в семеноводстве стала отраслью с многомиллиардными оборотами, имеющей геополитическое значение. Там семимильными шагами развивается молекулярная селекция, глубокая расшифровка генов, тончайшая работа по генетическим маркерам, которая резко ускоряет создание нового сорта или гибрида.
На конвейерную основу поставлено сортообновление -- в сотнях лабораторий идёт создание новых сортов, которые, во-первых, являются устойчивыми к болезням, во-вторых, устойчивыми к засухам, и в третьих -- обладают заданными вкусовыми качествами. За рубежом сорт или гибрид живёт на поле от силы четыре-пять лет, а затем меняется, чтобы фитопатоген не мог "взломать" иммунитет. Эти соревнования наперегонки с сорняками, патогенами и насекомыми бесконечны и неостановимы, и другого пока не предвидится, если хотим иметь промышленный аграрный сектор. Там, за рубежом, наука и производство всегда были в тесной смычке, вся исследовательская работа была подчинена результатам на поле. Прежде всего, коммерческим.
Американские семеноводческие гиганты ("Монсанто" и принадлежащие ей старейшие в мире голландские фирмы Seminis и De Ruiter ) сегодня далеко опережают весь остальной мир в сфере расшифровки генов растений и создания новых высокопродуктивных гибридов сельскохозяйственных культур. Они же являются авангардом американской экономической экспансии. "Подсаживание" всё новых и новых стран на свои семена -- кукурузы, сои, хлопка, овощных культур и т.д. -- является главной целью деятельности этих гигантов.
Ну а американские и канадские быки-производители голштинской породы -- это вообще мировое достояние. Они до недавнего времени относились к стратегическим ресурсам США и охранялись как форт Нокс. Лишь в начале 2000-х, когда американцы поняли, что даже повторить (не то что превзойти) их селекционные достижения никакой другой стране не светит, они начали активно торговать семенем быков по всему миру.
Так что никакого жидомасонского заговора против советских мичуриных не было. В начале 90-х, когда открылись границы, в Россию зашли эти западные монстры, экипированные и эффективные, как танки. Зашли, огляделись, улыбнулись увиденному -- и в секунду прихлопнули доходягу мухобойкой. Чтоб под ногами не путался. Некоторые говорят, что всё-таки была определённая "помощь" других западных... э-э-э... структур. Ну, если даже и была, и что? Отчего ж не "помочь", когда геополитический противник ведёт себя как папуас, сдавая нефтяные вышки за видеомагнитофоны и почти новые "фольксвагены" выпуска 1978 года?
*****
Что делать сейчас? Да, собственно, ничего особенного: работать "на подборе" у иностранцев, потихоньку создавая свой собственный генетический банк, возрождать фундаментальную аграрную науку. Вы знаете, например, что в России осталось 2 (ДВА) человека, умеющих вести семеноводство белокочанной капусты? Это два стареньких дедушки в Дагестане. Впору уже, как при Петре Первом, отправлять боярских детей в Голландию для обучения. Но не дизайну, а семеноводству и племенному делу. Эта отрасль создаётся ПОКОЛЕНИЯМИ.
Сами семеноводы говорят, что идеальным вариантом была бы покупка каким-нибудь "Газпромом" или "Роснефтью" мощной зарубежной семеноводческой фирмы. Но -- вокруг каждой такой фирмы семь колец оцепления с пулемётами, на километр не подойдёшь. Геополитика, а как вы хотели.
Самое ужасное, когда слышишь заявления "патриотов": "А давайте-ка перекроем ввоз зарубежных семян овощных культур, чего это мы иностранцам платим?! Будем работать на том, что есть в России! Что, садоводы-дачники посадочным материалом нас не обеспечат, что ли?!". Те, кто так говорит -- просто вредители. Потому что если закрыть импорт семян, можно нанести смертельный удар по продовольственной безопасности страны. Это касается, прежде всего, гибридов, устойчивых к инфекциям.
Отечественные овощные культуры на генетическом уровне крайне нестойки к заболеваниям. И если сейчас убрать мировые достижения семеноводства с российских полей, и оставить только наш семенной материал, не обладающий искусственным иммунитетом к болезням, то произойдёт настоящая катастрофа. Фитопатогены за три-четыре года подберут "ключи" к растениям, и при первых же благоприятных погодных условиях (тёплое лето, дождливые ночи) случится эпифитотия -- массовое заражение и гибель растений. Можно будет круглосуточно бегать с опрыскивателями, лить на грядки тонны химии -- ничем уже не поможешь. Это стихия, равносильная засухе или ранним заморозкам.
Такое, кстати, было в нашей истории 20 лет назад, когда в Новосибирской области не могли вырастить огурец -- завязь гибла подчистую. Причина была в том, что все садили дальневосточный огурец с выродившимся иммунитетом. А когда стали садить раннеспелую "аннушку" и крепкие голландские сорта -- тут же вернулись урожаи. Потому что "влили" в растения новый генофонд.
Нельзя доверять продовольственную безопасность семенам, которые могут "провалиться, не вытянуть свой потенциал. А гарантированный результат, по свидетельству профессионалов, сегодня дают лишь импортные семена. Увы.
*****
Ну а теперь о главной страшилке, которая тиражируется публицистами всех политических лагерей: "Вот сейчас нам иностранцы ка-ак отрежут поставки своих семян и спермы быков, и мы тут попляшем! Блокадный Ленинград лёгкой прогулкой покажется! Быстро побежим Крым отдавать!".
Угроза, на первый взгляд, действительно страшная. Но есть одно "но".
Что такое современная семеноводческая фирма? Это десятки лабораторий, селекционных центров, научно-исследовательских и опытных станций для сортоиспытаний по всему миру. Причём работа там ведётся не по одному, а по трём известным методам селекции: традиционная, с использованием ДНК-маркеров, а также биотехнологии, связанные с генной инженерией (то самое ГМО, когда новый сорт или гибрид создаётся не на грядке, а на столе в лаборатории). По подсчётам учёных, лишь одна шестнадцатая часть полученных селекционером в первый год линий растений отбирается и идёт в дальнейшую работу. Самый минимальный производственный цикл в семеноводстве -- три года. То есть, сейчас начинается работа над семенами, которые пойдут в продажу в 2018 году.
И все эти "Монсанто" и "Дюпоны" под захваченный рынок развивают весь свой производственный цикл, от начала разработки семян до продаж. Делаются определённые, чётко просчитанные финансовые вложения в рынок. А это сотни миллионов долларов. И уход с захваченной территории будет означать финансовую катастрофу. Западные семеноводы просто физически не могут "ужаться", потому что там у них зазоры между затратами и прибыльностью (как, кстати, и во всём западном аграрном секторе) -- крошечные.
Поэтому ни одна крупная семеноводческая компания, захватившая определённую часть рынка, никогда с этого рынка не уйдёт. И все политические проблемы мировой семеноводческий и селекционный бизнес успешно преодолевает. Яркий пример -- США и Иран: что бы не происходило между этими странами в политике, поставки семян "Монсанто" из США в Иран идут исправно и без сбоев вот уже несколько десятилетий. Ну, не затем они приходят, чтобы уйти. А вовсе даже наоборот.
А, к примеру, российские импортёры американского семени элитных быков в один голос говорят, что начиная с весны 2014 года, когда разразился геополитический кризис, бюрократические процедуры в закупках генетического материала почему-то на порядок ОБЛЕГЧИЛИСЬ. Парадокс? Да нет, просто бизнес.
Так что переживать, что "проклятые пиндосы нам всё сейчас отрежут", наверное, не стоит. Поздно спохватились: нашему АПК ещё двадцать лет назад отрезали всё, что нужно. Все органы воспроизводства. Расслабляемся -- и кушаем то, что дают.

 
Павел Березин
главный редактор сельскохозяйственного журнала «Председатель»