13:58
Господа депутаты! Хотите запретить мат в социальных сетях? Вот вам мой БАМЗИН!

БЛОГИ на Сибкрай.ru

30 июля Комитет Государственной Думы по вопросам семьи, женщин и детей провел круглый стол на тему: «Как избежать нецензурной брани в сети Интернет: саморегулирование или правовые ограничения?» На мероприятии присутствовали народные депутаты Ольга Баталина, Елена Мизулина и Алексей Митрофанов, представители Минкомсвязи России, Роскомнадзора, а также Интернетиндустрии, Общественной палаты Российской Федерации и других общественных объединений.
Как сообщают информационные агентства, Елена Мизулина задала тон и высказала свою позицию по саморегулированию: на ее взгляд, «антиматерные» фильтры должны устанавливаться не на домашних компьютерах конечных пользователей, а на интернет-площадках. Фактически Мизулина призвала ввести институт премодерации и интернет-цензуры с помощью технических средств фильтрации контента. В конце заседания депутатами было сказано, что они планируют вернуться к этому вопросу в осеннюю сессию Государственной думы.
Сразу скажу, что я не испытываю острой неприязни ни к народной избраннице Мизулиной, ни к Баталиной, ни к эксцентирку Митрофанову. Феномен женщин-депутатов, обеспокоенных моральным состояние общества известен давно. В качестве примера можно привести так называемых сельских протестантов в США, среди которых женщины-моралистки задавали тон в компании по введению «Сухого закона» в США. Поэтому отношение к женщинам-моралисткам у меня вполне спокойное и снисходительное. Если их инициативы и могут принести вред, то только временный – повсеместное неуважение к закону, появление преступных сообществ, рост коррупции и т.п. Все эти беды у нас уже есть в наличии и их усугубление, кроме роста неуважения к закону, у меня особого беспокойства не вызывают.
Однако, данная инициатива вызывает у меня острую неприязнь как гражданина с которой я намерен поделится. Давайте разберемся в деталях.
Использование нецензурной лексики, если оно никого не оскорбляет и не носит публичного характера, является личным делом гражданина. Эта норма, закрепленная в уголовном законодательстве и законодательстве об административных правонарушениях действительно дает некоторые правовые основания бороться с матом в Интернете, в том числе в социальных сетях. Если гражданин А оскорбил гражданина Б с использованием Матюков, то гражданин Б имеет право обратится в суд. Если сотрудник правоохранительных органов обнаружил, что гражданин ругается матом в публичном месте он имеет право возбудить дело об административном правонарушении и передать дело в суд. Можно сказать, что реакция власти и граждан носит в данных случаях очень конкретный и адресный характер. Однако, господа депутаты намерены инициировать введение режима фильтрации и цензуры в Интернете, т.е. пресечь техническими средствами саму возможность совершения административного правонарушения и, даже, пресечь возможность совершения действий, которые могут быть похожи на него.
Являются ли странички в социальных сетях публичным пространством? Это в крайней степени спорный вопрос. В данном случае важно иметь в виду, что на него нет однозначно положительного ответа. Отмечу только, что люди имеют полное право ругаться матом у себя «на кухне» в кругу своих друзей, терпимо относящихся к такой лексике. Является ли стена сети «ВКонтакте», «Facebook” или ЖЖ такими «кухнями»? Честно скажу, я бы предпочел, чтобы они так и интерпретировались.
Посмотрим на охранительные законодательные инициативы последних двух лет. Сначала был введен реестр сайтов экстремистской направленности, потом реестр сайтов, наносящий вред детям, намеди — жуткий «антипиратский» закон. Средство борьбы со всеми этими напастями – блокировка страниц, DNS-адресов или IP-адресов, в зависимости от технических возможностей конкретного провайдера. Учитывая, что технические возможности слабые – часто блокирую IP-адрес, на котором могут размещаться тысячи сайтов. Апробировав эти механизмы, государство стремится распространить эту технологию и на другие сферы интернет-активности. У меня создается стойкое впечатление, что внедряется и настраивается механизм введения интернет-цензуры под различными благовидными предлогами.
Депутатов матерят и матерят страшно. Нередко даже заслуженно. Депутатам обидно, особенно — женщинам-моралисткам, преисполненным самых светлых чувств о моральном здоровье общества. Депутаты не хотят, что бы материли их и/или их соратниц по политической борьбе. Депутаты хотят запретить мат, чтобы их и их соратниц не могли материть всякие злобные, некультурные, продажные, алчные, порочные блоггеры и прочие комментаторы-прожигатели времени в социальных сетях. Судя по всему, они отдают отчет тому, что им не удастся вычистить нецензурную лексику полностью, однако у них появится еще одна легальная возможность блокировать ресурсы политически неугодных общественных деятелей. Эта игра, вне всякого сомнения, для них стоит свеч.
Мои друзья и коллеги были на этом Круглом столе. Они говорили о том, что фильтрация и блокировка страниц, в том числе страниц пользователей в социальных сетях нереализуема технически, а если и реализуема в принципе, то с помощью перестройки всей архитектуры интернета, что, с одной стороны, - безумного дорого, с другой стороны – утопично по причине глобального характера сети. Интернет-сообщество мгновенно придумает средств обхода запрета: русский браный язык эволюционирует, многие мигрируют на зрубежные площадки, будут разработаны механизмы экранировки пользователя, скрывающие страницы от детекции и фильтрации. Подобный неудачный пример в истории мы уже имеем. В Южной Корее примерно 8 лет назад запретили так называемый «hate speech» – “риторику ненависти». Запрет действовал три года, но от него вынуждены были отказаться по той причине, что любители крепкого словца мигрировали на зарубежные сайты. Их оказалось настолько много, что национальный сегмент Интернета Южной Кореи существенно пострадал, понес огромные коммерческие убытки.
Ни один из аргументов услышан не был. Депутаты говорили «Надо!». Надо защитить общество, детей от тлетворного влияния, разрушающего русский язык, сознание и даже подсознание (!) граждан. О последнем говорил Константин Колин, главный научный сотрудник Института проблем информатики РАН. Он заявил, что русский язык — это стратегический фактор обеспечения национальной безопасности России, так как он формирует как сознание, так и подсознание людей. Следовательно, к распространению нецензурной лексики нужно относиться как к национальной угрозе. Язык действительно формирует сознание и, до известной, точнее малоизученной степени, – подсознание. Но утверждать, что человек, усвоивший нецензурную лексику, имеет подсознание, угрожающее национальной безопасности России — вы меня извините! Это чистой воды философская спекуляция. Профессор Колин договорился до того, что к 2020 году следует создать целевую программу «Духовная культура России». Ни много, ни мало.
Я не использую мат в социальных сетях, у меня отсутствует такая потребность. Кроме того, я не хочу подставляться и позволять использовать аргументы к личности своим противникам по полемике. Но, если закон о запрете мата в Интернете будет принят, я буду вынужден начать ругаться в социальных сетях. Ругаться матом. Русским матом. Без многоточий и коверкания слов. С одним лишь условием — я буду после всякого такого действа ставить аббревиатуру БАМЗИН (Бойкот анти-матершинному закону в Интернете). Надеюсь, что со временем для должного эффекта достаточно будет просто печатать этот неологизм без всяких матюков. Максимум чем я рискую, - получить репутацию эксцентричного профессора, на которого будут пальцем показывать студенты, и лишится доступа к своим аккаунтам. Ну и бог с ними. Заведу новые, в других местах. Всех не перевешаете. БАМЗИН!

 
Винник Дмитрий Владимирович
Доктор философских наук, член Союза журналистов России