13:58
Г.М. Прашкевич как феномен спокойной свободы

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Поэт и писатель Геннадий Мартович Прашкевич, живущий вместе с нами в Новосибирске известен далеко за пределами российского литературного контекста и только по объёму своего творчества настолько необъятен, что трудно представить эту меру известности. Писатель и поэт Дмитрий Быков на днях на встрече в Доме учёных выразил своё благоговение, назвав Г.М. классиком, как называют, подводя итоги (а ведь здесь расцвет и даже усиление темпа!). Но и итог тоже есть, так как в середине мая Г.М. переживает юбилейные мероприятия (тот же Д.Быков среди других собирается подъехать). Поскольку Г.М. ко мне в числе других членов литературного клуба относится очень дружески, позволю заглянуть в него посвободнее, без церемониалов (но не бесцеремонно!). Поэтому не буду пытаться перечислить все премии, коих он удостоен, обществ, в которых состоит, и даже ореола писателя-фантаста с рядом совершенно экзотических наград и званий вроде звания «Рыцаря фантастики» с соответствующим орденом (там их всего пятеро, включая Шекли) или «Меч бастиона» (реальный меч! и сумасшедшая история трагических обстоятельств в дни его обретения во время теракта в Москве). Пусть нас тут интересует Г.М. как феномен необычной меры свободы, не скандально-громкой (к тщете которой мы привыкли), а реальной свободы. Ведь посмотрите: в глубокой заснеженной Сибири любопытный отрок выходит из-за своего необузданного любопытства на компанию очень свободных духом людей вроде мирового уровня фантаста и учёного Ефремова, получает приглашения в экспедиции в поле и сразу выходит на орбиту очень свободных разговоров и исследований жизни. Как это возможно? Оказывается, возможно. Законы свободы прихотливы и здесь видимо ключ к мотивам художественного творчества.

Удары судьбы. Только один такой удар мог сокрушить начисто любого: первую же книгу молодого поэта тайные советские цензоры уничтожили, рассыпав уже набранный в типографии текст. Привлечение неудобного власти исторического события было достаточно, чтобы остановить автора. Безусловно цензор почувствовал нечто большее, недопустимую меру свободы как грех ментальности (ведь никаких политических контекстов вроде бы не было). В таком молодом возрасте рассыпать книгу стихов это всё равно, что рассыпать саму личность. Потом надо долго и тщательно собирать себя в целое. Чтобы выжить. И видимо это похоже на гражданскую казнь – перерождает. Другое дело, что одного – в неудачники, другого в сильную личность.

Почему Сибирь, Новосибирск?
Чтобы понять, почему Г.М. выбрал местом жительства не Москву или Питер, а Новосибирск, Академгородок, вроде бы не надо разгадывать загадку: тут в 60-е годы целая плеяда вольнодумцев возникла, кроме того, с геологией и вообще учёными много связано, вообще наука, лес и природа как среда, в которой вырастают подобные нашему Дому учёных центры духовной активности. Но меня это обстоятельство заставляет заглянуть и дальше. Вот жил в Вологде уже известный тогда писатель Виктор Астафьев (друживший с Г.М., кстати). Там и Василий Белов и поэт Николай Рубцов жили в это время. Хорошее место – город красивый в церквях, сосны шумят тоже рядом. Но Рубцов погибает, и через некоторое время и Астафьев перебирается в Сибирь в Красноярск, а там забирается на лето в деревню Овсянка ( у него при жизни вышло 15-томное собрание сочинений). Хорошо работалось в Сибири? Не то слово, как говорится. Почувствовал Астафьев новое дыхание России здесь именно в Сибири.
Сибирь называют родиной и лоном фантастики в литературе. Писатели особенно остро чувствуют её внутреннюю силу, здоровый дух и плоть. Но не для слабых Сибирь – посему многие осторожничают, не могут позволить себе такую роскошь, страшась вывалиться из литературного гнезда. Чтобы здесь осмысленно жить, надо много двигаться, не отрываться от процессов. Как-то Г.М. признался, что в Москве слишком увлеклись борьбой между литературными группами. Хорошие люди разбились в союзы (не меньше пяти) и конфликтуют, даже враждуют, какая тут свобода. И действительно, согласитесь, что у свободного менталитета партия не может быть стратегией, разве тактикой только. Вот сидим мы в клубе, обсуждаем наши опусы, и Г.М. очень чутко улавливает любой малый признак «идеологии» в стихах и говорит об этом чётко и аккуратно, хоть и болезненно, но не задевая, в сущности, личность. Хотя идеологические штампы пафосного свойства бывают второй натурой, их преодоление непростой процесс.

Портал « Белый Мамонт». В прошлом году Г.М. организовал замечательно художественно оформленный литературный портал для свободных от идеологичности авторов «Белый Мамонт» belmamont.ru Там можно прочесть очень разнообразные произведения в прозе и стихах. Там есть замечательные вещи (только малая часть ) и самого Г.М. Авторы и молодые, и постарше, и из России, и из самого дальнего зарубежья.
16 мая в областной библиотеке в 16.00 будет вечер Г.М., а 27 мая в 18.00 в Малом зале Дома учёных презентация книги Г.М. из серии ЖЗЛ о Герберте Уэллсе. Уже готова книга из той же серии о Стругацких, с которыми была и продолжается (теперь с одним из них) дружба Г.М. На премию «Русский Букер» в прошлом году была выдвинута книга «Теория прогресса».
Фантастика часто оказывается именно тем образом, который необходим для оформления свободной мысли. И поэзия, конечно, тем более. Так что живём мы рядом, прежде всего, с мыслителем и желаем ему новых творческих побед и достижений!

 
Трофимов Виктор Маратович
Доктор физико-математических наук, заведующий кафедрой НГПУ