13:58
Об общепринятом между верующими и неверующими

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Вчера опубликовал в соцсети (Фейсбук, вКонтакте) пост «Ставропольское дело об оскорблении верующих». В этой публикации я дал краткий правовой анализ обвинительного заключения по уголовному делу блогера Краснова В.М., которого в Ставрополе привлекают к уголовной ответственности по части 1 статьи 148 Уголовного кодекса РФ за нарушение права на свободу совести и вероисповеданий. Хотел бы пояснить, какие цели я преследовал публикацией данного поста…

Прежде всего, не хочу, чтобы у кого-то сложилось мнение, что я одобряю действия Краснова В.М., который, мягко говоря, нелицеприятно отозвался о верующих и о том, что для них свято. Для меня люди, которые о других говорят плохо только потому, что те отличаются от них национальностью, цветом кожи, вероисповеданием, - либо неумные, либо нравственные уроды. Я давно для себя вывел, чем умный отличается от неумного: неумный видит мир только своими глазами, умный – еще и глазами других.
Как бы это не казалось парадоксальным или пафосным, опубликовал я эту правовую справку по обвинительному заключению, главным образом, для того, чтобы помочь нашему государству и нашему обществу в этом деликатном деле отношений верующих и неверующих. Объясню.

Давайте, обратимся к нашей недалекой истории и вспомним, каково жилось верующим в СССР. Да, право на свободу совести и вероисповеданий в стране было провозглашено, но верующих, фактически, загоняли в резервации. Неверующие тогда почти не видели и не слышали верующих, последние ничем особо не досаждали первым. Ну, разве только в ночь на Пасху верующие собирались в немногочисленных церквях, радостно провозглашая: «Христос воскресе!», а на утро целый день христосовались, дарили друг другу крашенные яйца и куличи. А потом их, практически, не было видно и слышно до следующей Пасхи…

И вот после бурных 1990-х годов, когда в новой России свобода совести и вероисповеданий стала не просто декларацией, а реальным правом, неверующие вдруг обнаружили верующих. И обнаружили их в немалом количестве. При этом оказалось, что у верующих есть свои представления о мироустройстве и мироздании, о жизни, о человеке, об обществе, которые часто не соответствуют представлениям и убеждениям неверующих.

Появилась новая реальность, непривычная для новой России, в которой стали сосуществовать, соседствовать верующие и неверующие. Причем, верующие, освободившись от притеснений неверующих в предыдущие годы, стали активно отстаивать не только свое право на свободу совести и вероисповеданий, но и свое представление о мироздании, о нравственности.

Конечно, это не могло и не может не раздражать неверующих, которые до недавнего времени почти не видели и не слышали верующих. Неизбежно начались конфликты между верующими и неверующими, поскольку того, что называется ОБЩЕПРИНЯТЫМ в отношениях между верующими и неверующими, как оказалось, нет. Не откуда общепринятому было взяться за годы советской власти, когда государственной идеологией был воинствующий атеизм.

Однако это ОБЩЕПРИНЯТОЕ (обычаи, традиции, мораль, нравственность), если мы хотим жить в мире и согласии, верующим и неверующим надо находить, надо формировать. Разговаривая друг с другом, договариваясь, слыша и слушая друг друга. Государство этого сделать не сможет. Все, что может сделать государство, не допустить того, чтобы верующие и не верующие нарушали права и свободы друг друга, чтобы они шли друг на друга стенкой на стенку!.. И, как юрист, я вижу, что государство приняло для этого необходимые законы.

В пресловутой статье 148 Уголовного кодекса РФ, уверяю, нет ничего страшного для атеистов. Она не препятствует выражению взглядов. Уголовная ответственность по этой статье кодекса наступает не за оскорбление чувств верующих, как это почему-то укоренилось в общественном сознании, а за нарушение права на свободу совести и вероисповеданий. То есть, только за те публичные общественно-опасные действия, которые создают какие-то препятствия верующим для реализации этого права. Если таких препятствий нет, ни о каком нарушении права на свободу совести и вероисповеданий говорить нельзя, поскольку в этом случае не страдает объект правовой защиты. Соответственно, не может быть и речи о преступлении, ответственность за которое установлена статьей 148 Уголовного кодекса РФ, в виду отсутствия объекта преступления. Так, если кто-то публично, на улице, в интернете, выскажет утверждение о том, что Бога нет - это, конечно, затронет чувства верующих, но это утверждение не ограничивает и не нарушает право верующих на свободу совести и вероисповеданий, а потому преступления здесь не будет.
Но если это же утверждёние публично будет высказано в месте и во время богослужения, в результате чего богослужение будет сорвано, в этом случае можно говорить о нарушении права на свободу слова и вероисповеданий и, соответственно, о наличии признаков преступления.

И проблема не в том, что наше государство что-то не сделало в деле достижения мира и согласия между верующими и неверующими. Проблема в том, что те, кто представляет наше государство и действует от его имени (например, оперативники полиции и ФСБ, следователи, прокуроры, судьи), в силу недостаточной правовой грамотности часто ведут себя в деликатных отношениях между верующими и неверующими как слоны в посудной лавке! И лишь вбивают клин в отношения между верующими и неверующими. Как, собственно, и в случае с Красновым В.М. За свою многолетнюю практику я еще не встречал такого безграмотного в правовом отношении обвинительного заключения по уголовному делу.

И еще, думаю, проблема в том, что сегодня есть пастыри, которые, будучи заражены идеей реванша за прошлое, не способствуют умиротворению в обществе, возбуждая свою паству против неверующих. Они поменяли силу Слова на силу Власти, а иногда и на силу Оружия...

И проблема в том, что неверующие не хотят видеть, что мир изменился, что наше общество изменилось - в нем появились верующие. И как бы этого не хотелось, надо учитывать и их интересы, чтобы жить с ними в мире и согласии.

Мне понравился один комментарий на мой предыдущий пост. Эти слова мог придумать, несомненно, не глупый и остроумный человек. В этом комментарии было сказано: «Все – верующие! Только одни верят в то, что Бог есть. Другие верят в то, что Бога нет".

В завершение хочу сказать следующее. В истории со ставропольцем Красновым В.М., если он действительно обругал верующих только за то, что они верующие, с позиций нравственности и морали его должны осудить как верующие, так и неверующие. И это будет правильно и справедливо. А вот, что касается привлечения его к уголовной ответственности, нужно тщательно разобраться, воспрепятствовал ли Краснов В.М. своими публичными высказываниями реализации каких-либо прав верующих, т.е. нарушил ли он их права. Если нет (а я думаю, нет), он должен быть в суде оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 148 УК РФ. И это тоже будет правильно и справедливо.

И будет правильно и полезно для общества, для страны, если и средства массовой информации займут в этом уголовном деле, в этом происшествии именно такую позицию. Позицию, основанную на нравственности и законе!