13:58
Краденое солнце джаза

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Слаще джаза только Моцарт, да и тот немного джаз. Спорное утверждение? Пусть. Но ведь как слушали его через глушимые «голоса», как хватали пластинки, привозимые из-за границы академиками СО РАН?!

Кто лишил наших музыкантов радости свободной музыки, если был такой деятель? Кто украл солнце джаза, спрятал его в пасти запретов, не давая пропитываться его вольным духом импровизации?

В фильме «Джаз под шубой», производства ГТРК «Новосибирск», на премьере которого в кинотеатре «Победа» были жаркие споры о судьбах джаза, есть одна история…



История о прохождении точки бифуркации, расхождения путей-дорожек. Музыка, конечно, несёт на себе, порой, следы идеологии или применяется в идеологических целях, но если слушать её непредвзято – она будет просто музыкой.

Чайковский писал «Лебединое озеро» не предполагая, что сладчайшие звуки будут наложены на тему ГКЧП. Джаз создавался не предполагая, что под него будут продаваться дорогие авто в рекламе ТВ.


Как бы то ни было, мне повезло сказочно! По приглашению режиссёра ГТРК «Новосибирск» Юрия Алейникова и с благосклонного согласия журналиста и ведущего Антона Веселова я участвовала в создании фильма о новосибирском джазе. Антон – прекрасный организатор, он лёгок в общении и знает, кажется, всех и вся. Его брат – музыкант. Он вырос в том, о чем задумал снять фильм и показать обилие невидимых нитей, связывающих людей джаза.
Рада была пригодиться таким мастерам. Наш фильм не может ответить на все вопросы. Но некоторые ему удаётся прояснить.

Соня

Эта Соня такая милая, она брала уроки у русской балерины Карсавиной, руки держала «лебедем»… Норвежская фигуристка-одиночница, чемпионка мира. Крутила на льду свои восхитительные пируэты и улыбалась всем, кто смотрел на неё и не мог отвести глаз.

Ослепительная стройная блондинка, перелётным лебедем улепетнувшая в Америку, чтобы сняться там в фильме, о котором мы что-то слышали, но точно не знаем что.



«Серенада солнечной долины», фильм, вышедший на экраны в августе 1941-го. Соня Хени сыграла там «ребёнка-беженку из Норвегии».

Сюжет скроен циником. Соня – в роли «ребёнка-беженки из Норвегии»

Фильм – реклама горнолыжного курорта Сан-Вэлли (Sun Wally). Приглашены музыканты оркестра Гленна Миллера и фигуристка Соня Хени.

Соня Хени, которая шестью годами раньше на Олимпийских играх салютовала Гитлеру тем самым жестом. Было не обязательно вытягивать руку с прямой ладошкой, совсем не так, как учила Тамара Карсавина, по-другому. Но Соня – девушка с характером. Она и спустя много лет после войны на камеру повторила жест – в интервью, рассказывая о своём триумфе 1936-го.

Для нашего фильма «Джаз под шубой» я нашла видео Хени, где она охотно снимается с Гитлером и салютует ему.



Этот салют Гитлеру ей многие не простят. Но Соне всё равно.
Она весело проводит время в Сан-Вэлли, снимается, слушает чудесную музыку, катается на лыжах и крутится волчком на черном льду. Черный лёд был придуман, чтобы как можно эффектнее подать Соню.

Мы с вами, конечно, помним, что происходило у нас в августе 1941-го, какие курорты угощали нас черным и кто готовил нам это угощение?

Паровоз на Чаттанугу

Эта любимая песенка стиляг и джазменов всех стран – «Chattanooga Choo Choo» - «Чаттануга Чу Чу» из фильма «Серенада солнечной долины». Чу-Чу называли паровоз индейцы.

Саксофониста Текса Бенеке едва уговорили пропеть эту песенку в фильме – она ему не нравилась. Через 9 недель диск с синглом песенки разойдётся тиражом 1,5 млн. экземпляров и станет первым золотым диском в истории звукозаписи.

- Извините, парни, это поезд на Чаттанугу? – поёт Текс, а потом ритм паровоза энергично и зажигательно поддерживают черные танцоры – братья Николас. Причем, есть такая особенность. Черные танцуют отдельно, они не пересекаются с белыми категорически. В те времена белые и черные вместе не завтракали. Виртуозный по тем временам монтаж делает вставку просто продолжением музыки.



Гленн Миллер создал прекрасный оркестр и прекрасную музыку, которую оценили в СССР под конец войны, когда фильм попал и к нам через все перипетии ада.

Что характерно, в СССР тоже любили паровозы, и в одном из концертных кино-сборников того времени – был свой джаз и свой Чу-Чу.

Война развела весёлую музыку и музыку, которая воюет, по разным полюсам. Весёленькая курортная история с беженкой в изысканных нарядах не могла легко и непринуждённо лечь на нашу историю бед и страданий, борьбы и побед – не на спортивном льду и не в позе вращающихся лебедей на коньках.

Наши партизаны взрывали Чу-Чу с немцами и пускали их под откос, а пели «Вставай, страна огромная!»…

Америка и СССР участвовали в разных войнах, они и назывались по-разному – Вторая мировая и Великая Отечественная.

Точка бифуркации развела пути музыки по разным веткам, по разным магистралям.



Это только одна небольшая преамбула из нашего фильма о том, как живёт джаз в Сибири – за шубой в виде бескрайних её лесов, когда лететь - не долететь, ехать - не доехать, далеко, как на другой планете. На другой земле.

Музыка с пятнами крови? Разве она виновата, что кто-то исполнял её в неподходящих местах в неподходящее время? А потом десятилетия она не могла отмыть эти пятна? Может, потому и сегдня музыкантам трудно найти путь к сердцам, исполняя её и вызывая к жизни тени прошлого?
Гипотеза о джазовой парадигме в фильме режиссёра Юрия Алейникова "Джаз под шубой" производства ГТРК "Новосибирск".


Вы увидите уникальные кадры с уникальными людьми. Они расскажут то, что у них на душе, они поделятся мыслями, чувствами – неподдельными, настоящими, нашими, дорогими и близкими.

Ссылка на фильм «Джаз под шубой» здесь.


PS
Некоторые уверены, что музыка вообще и джаз в частности, сегодня нужна нам всего лишь как фон. Человек мне так и сказал: «Музыка – фон». Не согласна. Музыка больше. Что ответить ему, моему собеседнику?

В Новосибирске, третьем городе страны – построен кластер, в котором есть все элементы для воссоздания и поддержания культурного потенциала, музыкального в том числе. Всё, что придумано человечеством, чтобы поймать талант музыканта и воспитать его, превратив в бриллиант, у нас есть. Школы, колледж, консерватория, филармония, театры музыкальный и оперы и балета, отделение Союза композиторов…

В тело города и в нашу с вами жизнь музыка вошла плотно: мы с ней встаём и ложимся, мы с ней едем на работу и даже там – она нас сопровождает ритмически и мелодически.

Музыка как дыхание, как биение пульса – есть и всё. Но это естественное состояние жизни внутри гармонических волн отнюдь не «фон». Как обустроена вся наша городская жизнь – с тротуарами и урнами, магазинами и театрами, домами и дорогами, так кто-то непрерывно заботится о поддержании этого гармонического звукоряда.

Музыкант, рожденный с поцелуем Бога, вынужденный служить своему дару всю свою жизнь, работать неустанно и ежедневно, оттачивая мастерство десятилетиями – это больше, чем заполнение досуга нашего или «фон». Музыка слишком велика, чтобы сидеть в спичечном коробке представлений. Музыка не жучок, она – солнце.