13:58
Нравы, нравы, нравы не успели

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Если мне скажут, что подоплека всего – страстное беспокойство за любимый театр, то у меня есть на этот счет упорные сомнения. Напоминает эта встреча в библиотеке с перегревом помещения волнением тел сведение личных счетов. Кто сводит счеты и почему мы все в этом активно участвуем?

Директор Мездрич никак не может уйти, не получается ни дверью хлопнуть за спиной, ни дверью хлопнуть перед носом. Застрял в пространстве-времени, как в западне. Ну, вот же, кажется, сидел себе в кресле, было все, и вдруг из-за мелкого камешка – понеслась лавина и снесла и кресло и директора. Не верит! Борется Борис. Идет «до конца», что меня лично особенно тревожит. Друзья, ну, скажите, кто из нас не терял работу, должность, часть или все целиком в те времена, в которые мы с вами живем и трудимся? Принесла ли вам пользу установка на возврат прежнего? Любой ценой! Паровоз ушел, выбросьте свой вчерашний билет, купите новый уже. Нет, мы будем видеть битву – не за театр, не за принципы, не за «концепцию» - будем видеть костры амбиций старого и нового директоров с привлечением публики, затаившей дыхание в предвкушении разбитых носов.

Нравы, нравы, нравы не успели… Не успели от росы серебряной согнуться травы, ибо ночь не охладила еще зной минувшего дня. И нравы наши не успели остыть от войны гражданской. Не умеем мы спокойно обсуждать «почем ремонт в театре», «почем билеты в высокий партер», почем, почем, почем…

Не верим, что Кехман задумал хорошее, нет, он нас непременно надувает, обманывает, тратит деньги, так и хочется сказать «наши деньги». «Ну, не может чумазый играть на рояле», - утверждали в фильме «Неоконченная пьеса для механического пианино». Мы крепко запомнили тот розыгрыш. Мужик только водил пальцами, а пианино само играло, как машина.

Теперь и Кехману не верим, знаем, есть, должен быть подвох. Это особенность нашей сибирской души – во всем искать обман и подвох. Потому что сами, сами такие. Подвохами и обманами движемся по жизни. Или нет? Или мы все выпускники Институтов Благородных девиц и Пажеских копусов? Тогда надо изволить допустить долю благородства и честности, хоть минимальной, в действиях директора Кехмана, нашего тепершнего театрального воротилы. А прежний воротила – куда его? Но, позвольте, друзья! Прежний театральный воротила Мездрич не так неопытен и слаб, чтобы не затеять новый проект нам всем на удивление. Почему один бросил свои бананы, осточертели они ему, занялся другим любимым делом, а другой прилип телом и душой к НГАТОиБ и никак не оторвется? Где могучая креативность нашего театрального босса?

Пора ей показаться и нам представить доказательства, что не зря мы верили в любовь. В бесконечную любовь к театру. Не только к зданию и креслу. К театру в самом широком и богатом смысле.

Мечтаю встречать в НОВАТе обоих директоров на премьерах без дуэльных пистолетов с дымящимися, говоря по-девичьи, «дулами».

Но мои мечты – как в песенке Данилко-Сердючки – мечты о принце.
Он бы подошел. Я бы отвернулась. Он бы приставал. Я бы шла…

Солнце всем на планете одинаково светит – и принцессе и простой проводнице.

Он бы зарыдал. Я бы улыбнулась. Вот таки дела.