13:58
Биография малой формы

БЛОГИ на Сибкрай.ru

«Вы сможете задать свой вопрос Владимиру Путину», - сообщают по радио. Спросит ли кто Путина, как он относится к «Тангейзеру»? Страна обсуждает оперу. Великая страна – великую оперу. Да, многие из нас ее не видели и не слышали, но услышали. Услышали нечто больше самой оперы и истории ее схода со сцены талым снегом с весенних крыш.
Издевки золотомасочников и театральных критиков в адрес несмотревших-неслушавших оставим за скобками. Если народ не безмолвствует, значит, ему есть, что сказать. Народу нравится, как выясняется, не только попса, ему нравится то, что вносит смысл в нашу общую жизнь снизу доверху, позволю себе предположить. Ему нравится биография крупной формы.
Почему мы так ждем выхода на экраны фильма «Территория»? Ждем такой биографии, раскрытой в кино, средствами современной красоты, без которой скучаем, погрязаем в хорошо устроенный быт городской пчелы, городского трутня.
Отдельная биография человека, кем бы он себя не воображал, отдельная от происходящего в стране – биография малой формы. Чтобы получить крупную, надо соединиться со страной, в которой живешь и дышишь.

Биография малой и крупной формы – как это? А так. Русинка Ольга Яскина строила самый северный в мире город Норильск. «Атомный нарком» Авраамий Завенягин тоже в свое время строил его.
Яскина вспоминает прожитое:
- Знаете, что такое кайло? Не знаете…
И показывает руками устройство орудия, которым долбила вечную мерзлоту.
- И вот нас привезли – врагов народа – чтобы мы строили Норильск…
За спиной Ольги Яскиной настенный ковер – роскошь «совка». Она так и осталась жить в Норильске, как пристыла:
- Даже не знаю, как сказать… Был суп с конины. Жиииденькое что-то такое с овсом. И потом… вот эта крупа… перловая. Из перловой крупы каша. Гречки, риса – никогда не было. Картофель чтобы подали когда-нибудь – никогда не было.
Узница Норильлага не может выловить в жиденьком супе своей биографии ничего, кроме жалоб…


Авраамий Завенягин получил в ее лице не сильного союзника. А планы у него были грандиозные.
-Здесь, в Заполярье, нельзя строить обычный город из стандартных домов. Здесь все должно быть по-другому. Зеленью Норильск не украсить - значит, надо украшать его современными жилыми ансамблями. В домах нужно создать все удобства, чтобы ванная была в каждой квартире. Человек, приходя с работы, должен попадать в самые благоприятные условия быта. Пусть у него будет уютное жилище, горячая вода, электричество, хорошая пища…


Авраамий Завенягин – был «готов лечь костьми», так писал. Так и делал.
Он не щадил себя и, бывало, не считался с риском. Так, во время аварии под Челябинском, в Кыштыме, когда надо было срочно ликвидировать последствия в условиях повышенной радиации, он демонстративно присутствовал в зоне заражения без спецодежды – в парадной форме.
«Нечего навешивать на нас дозиметры! Видишь, как люди работают в самом пекле?..», - отгонял дозиметриста. Биография крупной формы.
Одно плохо. Как сказал мне знакомый иезуит:
- Для кого-то строить Норильск плохо. Для кого-то строить Норильск это хорошо. Нужно посмотреть на методы…
Завенягин строил свой Норильск!
Но у него получался – Норильлаг.
Любовались ли зэки красотами северного сияния? Яскина об этом ничего не говорила. Завенягин тем более. А город стоит. На вечной мерзлоте. Воплощенная авантюра.

Воплощенная авантюра – театр оперы и балета в центре Новосибирска. Строительство на вечной мерзлоте Норникеля или в условиях «культурной пустыни» НГАТОиБ – вещи одного порядка.


Возвращаясь к поставленному в нем «Тангейзеру», хочу пожелать главным участникам осуществленной оперы – биографии крупной формы.
В особенности режиссеру. Чтобы говорить «на равных» с Шекспиром и Вагнером, не достаточно себе просто «позволить», необходимо до них дорасти, дотянуться, увидеть кремнистый путь, как он блестит…


...Когда перед парадным подъездом театра появились толпы разного народа, я представила себя на месте директора и пронзилась мыслью, что если все они вот так вошли бы в театр, сели бы там на места и предались искусству – ведь это ровно то, о чем мечтает любой директор театра. Вот они, люди, уже подошли! Близко! Осталось несколько шагов… Но люди не сделали пока эти шаги.


На самом деле я увидела не противников и сторонников «Тангейзера», а общий запрос и тех и других - на право и возможность сделать эти шаги в театр. Чтобы найти там убедительные доказательства, что биография крупной формы возможна.

И еще немного «Тангейзера» в качестве приложения
Рассказывала мне про ледоход на Лене Екатерина Александровна Бокова. Едва сдав последние выпускные экзамены в топографическом техникуме города Новосибирска, она на другой же день вышла замуж за Льва Бокова, фронтовика и тоже выпускника-топографа. Они добились единого распределения на Север.
В Якутск летели самолетом, "когда свадьба еще сидела за столами".
Там, в Якутске они занимались разведкой и съемкой местности и, бывало, Лёва уходил от своей Катюши в экспедицию. На недели и даже месяцы они расставались. Но придумали для себя удивительный вид связи - по звезде из созвездия Большой Медведицы. В условленное время они смотрели на нее, где бы не находились, как бы далеко друг от друга - и "разговаривали". Это был их скайп, телефон - в ту пору, когда ничего такого еще не было придумано. "Созвонимся по звездам", назвали мы фильм, посвященный их истории любви.
Однажды Лев был в одной из дальних экспедиций и срок его возвращения уже истек. Катя, конечно, беспокоилась, даже к гадалке ходила якутской. Мысли были, не пора ли бить тревогу, звонить в Москву, требовать спасательных мер...
И вдруг, как это бывает на Севере, пришел человек, сообщил, что из экспедиции Льва вернулся проводник с оленями, которые уже не могли идти по талому снегу, уставали, пришлось отпустить их... Но главное, что принес этот проводник - записка для Кати от Льва. Но оставил он эту записку на противоположном берегу - в магазине. "У нас все вести были - через магазин", - вспоминала Екатерина Александровна то, что было с ней 60 лет назад! Все помнила. Она решила "сбегать" за письмом. А бежать надо было через Лену - реку, которая готовилась вот-вот вскрыться и пойти льдом... "Куда ты! С ума сошла! Лена же...Три килОметра!", - отговаривала ее соседка. Но Катюша не удержалась. Сбегала. "Шла я осторожно, но, конечно, было уже кое-где воды по щиколотку... Наступлю, попробую и вперёд бегу. Так и дошла. В магазин влетела схватила записочку - и назад!"
Я сидела и слушала не дыша... Мы бежали вместе с Катей по Лене, а лед уже кое-где потрескивал... "Успела!", - глаза Екатерины Александровны блестели, - "И что ты думаешь, Люба, той же ночью Лена устроила такую канонаду, такой гром и треск!!! Пошла. Ледоход... Торосы огромные, три килОметра льдов ломались,,,"
Озвучивали мы это кино вагнеровским "Тангейзером".
- А что было в письме?..
Екатерина Александровна на секунду прикрывает глаза, вздыхает и говорит, что ничего особенного... "ну, там, что скоро вернемся, люблю, целую, стихи еще..."
Ничего особенного.