13:58
Лимит на смерть

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Лошадиные зубы Эберштадта выставлены в улыбке на фото в «Снобе». Добрый американец, политэконом и демограф пристально всматривается в Россию на протяжении 35 лет. Он обнаружил «русскую болезнь» и с удовольствием нам о ней рассказывает. Доктор Николас не знает причин «болезни», не знает, как ее лечить. Представлены только его ужасающие выводы: смертность русских необъяснимо высока и с каждым новым поколением не снижается, а растет. Ожидаемая долгота жизни наших пятнадцатилетних мальчиков ниже, чем в Сомали, а москвича – меньше, чем жителя Калькутты. Он называет нас даже не «третьим миром», а – «четвертым»… Прочтя научные выкладки, я возненавидела очки, зубы, ямочку на квадратном подбородке, хотя, причем тут его лицо и его улыбка?
Я, в конце концов, собираюсь в театр! Обсуждение темы смертности русских в соцсетях подождет. Оно вспыхивает время от времени. Статья трехлетней давности вдруг начинает снова вырабатывать реакцию, которая, как потухший вулкан, спала, да вдруг выбросила вверх столб дыма.
Но собираясь в кино, театр, на выставку, вдруг замечаешь, что вокруг много предложений, напичканных ароматом смерти и некоторого упадка и разложения.
В упадок же пришел жанр оперетты, легкого музыкального драйва, без идейной натуги и с благополучным финалом. Мы возжажадали страстей и… смертей. Произошло это не внезапно, а так мало-помалу. Театры стали искать индивидуальность, непохожесть, странность. Истеричность явилась на экран и подмостки. Это общее ощущение. Но конкретные примеры не приходится долго искать. Последняя сенсация в «Красном факеле» - премьера «Гедда Габлер» с чудесной хриплоголосой Дарьей Емельяновой. Ее амплуа стервы так превосходно играет в телерекламе, когда она мучает выбором продавцов или любовников… Но вот и пришла большая роль, так сказать, в родном театре. Ибсен создал свою «Гедду» больше ста лет назад. Кажется, он к тому времени уже покинул родину, аптеку, где пять лет «химичил» над снадобьями, и превратился в знаменитость. Премьера прошла в Мюнхене. Викторианская эпоха трещала по швам. Ее затхлые нравы уже никому не нравились. Пьесу приняли. Знаете, там две смерти на одну постановку. Дочка генерала балуется пистолетами. У Дарьи на бедре красуется тату – пистолет. Подозреваю, что кому-то из зрительниц с подвижной психикой захочется сделать себе такой же. Отзывы о спектакле слегка истеричны. Даже беззвучные тексты этих восклицаний похожи на вскрик. Нравится! Девчонкам тоже хочется помахать пистолетом, пощелкать предохранителем. Тимофей Кулябин пропагандировал свою постановку еще до премьеры, дразнил, в том числе фильмом «Меланхолия». Дарью он почти раздел, по-видимому тело тут должно действовать, как оружие. У Ибсена много пьес таких замороченных и чтоб с гибелью героев, но эта особенно стала любима. Впрочем, может быть, Ибсен, дай ему такую возможность, свои пьесы бы сжег, как сжигает рукопись книги его героиня Габлер… Ведь, знаете, последние годы он был нем, парализован. Но прежде, чем умереть, вдруг поднялся и произнес одно только слово: «Напротив!». Что оно означало? Он бросил его нам в вечность, но кто его услышал, кто понял?
Кстати, не с «Поминальной ли молитвы» начали гастроль в Питере краснофакельцы?.. А в НГАТОиБ готовят и вот-вот покажут нам еще одно очень жизнерадостное представление. «Фауст» называется. Композитора Гуно. Чудесная опера – «Сатана там правит бал…!». И, конечно, не зря его зовут «Сибирским Колизеем» - умирают герои на его арене, на его сцене. В предстоящей премьере, громко подаваемой частями – уже было концертное исполнение – тоже есть «нулевые случаи», как сказали бы шахтеры, «летальные исходы» - не меньше трех. Валентин, Маргарита и ребенок ее и Фауста. Про рисующих детей говорили: «В каждом рисунке солнце». Про театры можно сказать – «в каждом спектакле смерть». Во многих, во всяком случае. В кино – тем более.
Да, мы, как сбесившиеся лемминги, несемся к краю, чтобы рухнуть туда всем скопом. Только лемминги в тундре так поступают, когда их слишком много, а мы - ?
Наше министерство культуры последнее время особенно проявляет заботу о выставках и фестивалях: раздавая запреты и разрешения…
Может, ввести уже «лимит на смерть» в зрелищах?..
Определиться, сколько смертей в сезон может выдержать зритель без вреда для психики и здоровья и рекомендовать заведениям не превышать предел. Странная мысль, конечно! Но после статей Николаса Эберштадта невольно хочется внести какие-то поправки в то, что с нами происходит. Замедлить миграцию бедных леммингов, хотя, в природе это не возможно. Медитировать на смерть прекратить, а на жизнь начать.
« В том-то и дело, что причина непонятна. Рост смертности в России не может быть объяснен ни одним из обычных факторов», - считает Эберштадт.
Еще бы ему понять «загадочную русскую душу» в ожидании освобождающихся огромных территорий богатейшей страны. Так может, не спешить освобождать территории под вторжение тех, кто не с таким азартом смотрит все такое и убивает себя, да еще платит за это деньги и аплодирует!!!

 
Любовь Иванова
Журналист, сценарист, критик