13:58
Что случается, когда технократ берется управлять обществом

БЛОГИ на Сибкрай.ru

После семидесяти лет утопического периода – так можно назвать систему управления СССР – к власти пришли технократы, которые были с энтузиазмом встречены народом. Они сразу все расставили по своим местам, провозгласив главным мерилом количественные индикаторы – эффективность, производительность, себестоимость, сокращение затрат (к которым, например, относятся дома отдыха, дворцы культуры) и т.п. Для того российского периода это было, быть может, спасением. Порядок навести удалось, страну сохранить тоже. Но все же, однажды им пришлось отступить от своего главного принципа – эффективности и целесообразности – когда главный российский технократ Анатолий Чубайс, вдруг призвал россиян голосовать не умом, а сердцем.
Ведь как рассуждает технократ: я купил современное оборудование, набрал профессиональных и грамотных рабочих, обеспечил их сырьем, стал платить зарплату в зависимости от их вклада, поэтому жду высокой отдачи. По его логике, вернее, согласно либеральной экономической доктрине (ярким приверженцем которой является российский министр финансов) сумма объективных диспозитивов должна неминуемо привести к большой прибыли.
Не получилось.
Технократы задумались, и в 1924 году группа социальных психологов решила провести эксперимент, который затем получил название «хоторнского». Его целью было выявить зависимость между физическими условиями работы и производительностью труда. Гипотеза была сформулирована и по результатам исследования потерпела полный крах. Технократы были повержены. Оказалось, что кроме экономических потребностей у рабочих есть и социальные потребности. Организацию стали рассматривать как нечто большее, чем логическое упорядочение работников, выполняющих взаимосвязанные задачи. Организация является также и социальной системой, где взаимодействуют отдельные личности, формальные и неформальные группы. Оказалось, что «морально-психологический климат» – не идеалистическая категория.
Очень занимательные выводы. О них можно почитать (хоторнский эксперимент – одна из моих любимых лекционных тем для студентов). Но я о другом – о технократизме в госуправлении. Здесь технократов ждали такие же разочарования. Должен ли быть бюджет бездефицитным? Либеральный экономист ответит – разумеется. И не беда, что дорог нет, что жилье недоступно, что две трети населения влачат жалкое существование. Это аксиома – живем по возможностям. При этом очевидная мысль, что любое общество приобретает устойчивость только в том случае, если оно построено на консенсусе (а между бедными и богатыми он недостижим), их не волнует, поскольку не вписывается в систему экономических координат. А какой консенсус, если подавляющая часть общества страдает от плохих дорог, низких зарплат, не может приобрести жилье!... На дороги и пенсии денег нет, - говорит министр финансов. – Нужно на это все заработать. А кто будет зарабатывать? Неужели, те, кто лишен всяческих мотивов это делать? Они будут искать другие, неинституциональные, формы улучшения собственного благополучия – это в лучшем случае. В худшем – смирятся со своим статусом, сформируют серую, безучастную ко всему, маргинальную массу, исключенную из процесса преобразований. Таких у нас -большинство. Или еще худшее - русский бунт (что недавно случилось в далеко не бедной и образованной стране - Тунисе). Спасибо технократам за плохо управляемое общество и за замкнутый круг, который ни проекты типа Сколково, ни растущие как грибы технопарки и прочие кластеры, разорвать не в состоянии в силу своего сугубо локального характера.
Мы гордимся своим технократическим обретением. А вот на Западе давно уже успешно борются с этой тупиковой логикой. Парадоксально, но самые «технократичные» технократы – английские консерваторы – в 80-х годах прошлого столетия осознали, что государство должно избавиться от самого себя. Государство решается передать массу своих функций в частные руки. Оказалось, что с проблемами воспитания, сиротства, контроля за расходованием бюджетных средств и т.д., общество справляется гораздо лучше, чем чиновники-технократы. Англо-саксонская наука администрирования делает управление частью «management public», то есть включает его в область публичной сферы с применением принципов частного хозяйствования. То есть, управление обществом перестает быть уделом посвященных, сакральной деятельностью, недоступной для остальных. С одно стороны, да, профессионализация управления, с другой - широкое участие граждан, которые, между прочим, берут на себя часть ответственности за состояние дел в Отечестве.
Теперь поставим главный вопрос – что есть на самом деле государственное управление? С точки зрения технократа – принятие эффективных решений. Например, введение объективных критериев стоимости социальных льгот (вспомним: должны жить по средствам). А может быть, управление - это координация, общественных ресурсов? В этом случае, государственное решение перестает быть детищем кучки продвинутых экспертов-профессионалов. Оно становится партнерским соглашением.
Технократ, который знает все лучше других (потому что он оперирует «объективными» законами и индикаторами) любую социальную (политическую) проблему стремится свести к технической. При этом сам путается в категориях, принимая подковерные интриги за большую политику, наивно полагая, что может переставить исполнителей (как пешки на шахматной доске) с одного места на другое и тем самым, решить крупную политическую задачу (а управление обществом это - политика). Он, технократ, при этом забывает, что политика может существовать лишь в той мере, в какой существует выбор между различными возможностями, и, прежде всего – между различными целеполаганиями. Технократ же стремится упразднить подобный выбор, сводя социальные и политические проблемы к «техническим», у которых бывает лишь одно – «оптимальное» - решение. В жизни это оборачивается политическими и экономическим провалами. Современный российский технократ, который и управляет Россией, интуитивно чувствует проблему, но решает ее по-своему. Видя, что его «оптимальные» решения не приводят к желаемому эффекту, вызывают раздражение и протесты в обществе, он пытается приватизировать политику, лишая ее своей основы – публичности (цензура, установление тотального контроля за всеми сферами жизни, привлечение в органы управления серых, но послушных, исполнителей, которые пусть звезду с неба и не достанут, зато и борозду не попортят). Неминуемая стагнация выдается за стабильность. Но, без публичности нет общественного договора, консенсуса и, как следствие - участия… Что из этого получается, хорошо видно на примере одной из самых богатейших в мире стран – Российской Федерации.
P.S. Технократы и люди с техническим образованием – не одно и то же. Сталин был типичным технократом (если враг не сдается, его уничтожают, кадры решают все и т.п.), при этом – идеалистом по своему мировоззрению.


 
Антонов Константин Александрович
Руководитель Новосибирского филиала Фонда развития гражданского общества, доктор социологических наук
Мужчина использовал машину «скорой» как личный транспорт
«Неблагоприятное» потепление ждет Новосибирск
Дырявый дом построили для переселенцев из ветхого жилья
Участников вооруженных налетов обезвредили в Новосибирске
Врача привлекли к ответственности за смерть Павла Подъячева
Поддельное пиво разливали по бутылкам на складе
Проектировщик четвертого моста потребовал 54 млн через суд
Новосибирцам предложили «лайкнуть» девушек в погонах
Легендарный дирижер едет на Транссибирский арт-фестиваль
Измененный проект застройки Богдашки вызвал споры в мэрии
Десятки детских садов и школ прекратили занятия
Альберт Кошкин покинул пост президента «Сибмоста»
Следователи создали фоторобот сгоревшей в костре женщины
Новосибирский завод отсудил 80 млн у американского поставщика