13:58
Губернатор Мезенцев – хам, но это не только его личная проблема. К сожалению.

БЛОГИ на Сибкрай.ru

Во всей истории с задержкой рейса самолета Иркутск-Москва, в который иркутский губернатор не успевал вовремя улететь, а потому приказал задержать вылет, есть несколько позитивных моментов. И один из них в том, что если пару лет назад никто бы об этом не узнал, а если бы и узнал, то такого всплеска возмущения этот факт не вызвал, то сейчас общество бурлит. Это добрый знак, значит, общество меняет окраску. Становится меньше серого.
8 июня Дмитрий Мезенцев намеревался в 12.15 вылететь в Москву, но задержался на встрече с депутатами, затем отправился подписывать какую-то бумагу с профсоюзами. Понимая, что не успевает к вылету, губернатор дал приказ задержать вылет рейса. В это время в самолете уже расселись по местам более сотни пассажиров. У каждого из них были свои планы, настроение, каждый писал в этот момент кусочек своей биографии. И у каждого в этот момент было что-то главное, свое, личное, защищенное законом, обществом, интимное, во что никому не позволено вмешиваться. Купив билеты на рейс, каждый строил данный миг своей жизни, в соответствии с порядком, расписанием этого самолета, жизненными планами встречающих их людей… Но, Мезенцев дал команду задержать самолет. Мезенцев хам? - Бесспорно. И, хотя он публично извинился, инцидент не может быть исчерпанным. И вот почему:
1. Из-за ощущения полной безнаказанности и бесконтрольности властьпредержащих: «Я – губернатор, начальник, реальный пацан, позвонил, решил!» Законно это? – Да наплевать! Люди там, больше сотни уникальных мирков? – Ничего, они подождут, у меня тут дела поважней. Мы –винтики. Мезенцевы – вершители судеб. Такие же, как генеральный прокурор, министр образования, мадам Голикова. Как наш новосибирский Львов. Люди, которые просто обязаны уйти в отставку, даже не собираются этого делать. Такова система.
2. Поступок Мезенцева – яркое свидетельство деградации кадровой политики и системы отбора людей на ответственные участки работы. Не собираюсь хвалить компартийную систему, но это была – система: многоступенчатая, с механизмом приобретения новых компетенций перед назначением на очередной пост. Для своего времени эта система была оптимальной, обеспечивала преемственность, отбор квалифицированных кадров, их дальнейшее продвижение и подготовку к решению новых задач. Сейчас вообще никакой системы нет. Все больше убеждаюсь: выборность губернаторов необходимо возрождать в самой ближайшей перспективе. Выборы, конкурентная политическая борьба – это школа. В горниле конкурентной борьбы человек не только выкристаллизовывает свои лидерские качества, он становится политиком. Политику, даже самого низкого пошиба, никогда бы не пришло в голову поступить так, как это сделал Мезенцев – человек в политике из ниоткуда, без биографии (хотя и благородного питерского происхождения), и последующий, вероятно, в никуда. В чем отличие политика от менеджера? Менеджер хорошо умеет считать, а политик – просчитывать.
3. Болтать по телефону в то время, когда напротив тебя находится собеседник – хамство. Опаздывать на встречу из-за того, что хочется выпить еще одну чашку кофе, не показать сигнал поворота при перестроении, обогнать колонну застрявших перед переездом машин и встать во главе колонны – хамство, бескультурье, невоспитанность. Это человеческое хамство, видать, в Мезенцеве заложено с детства. Стал бы он губернатором или начальником водокачки, разницы нет. Какой бы пост не занимал человек, но если он так относится к окружающим, он – хам.
4. Но Мезенцев – не начальник водокачки. Он – губернатор, сочувствующий правящей Единой России, представитель власти, доверие к которой в последнее время итак резко пошатнулось. Значит, его человеческое хамство, профессиональные некомпетентность и бескультурье проецируются на власть вообще и правящую партию. Единая Россия, думаю, сейчас ломает голову над тем, как выпутаться из ситуации. Мезенцева, итак не пользующегося авторитетом, вероятно, сольют. Хотя вместе с ним таким же образом следовало бы поступить с доброй половиной партийцев. Но, это дело Единой России, она как-нибудь сама разберется. Иное дело – институты власти. Падение доверия и авторитета к ним – уже угроза для устойчивого развития страны. Прискорбно, что сами «институты» этого не понимают.
Поступок Мезенцева, таким образом, - явление, а не проявление отдельно взятой натуры. Его можно даже операционализировать в границах существующих социально-политических отношений. Делать этого не буду, потому что читателям моего блога это не очень-то нравится. Хотя, в очередной раз предлагаю – давайте собираться и обсуждать.
Что в этом во всем позитивного? – Появился Интернет – неподконтрольная никому, самоорганизующаяся коммуникативная среда, способная нивелировать статусы, охранительные нормы. Появились социальные сети. Делаю акцент на слове «СЕТИ» - сообществах независимых ни от кого людей, объединяющихся на принципиально иных, чем привычные иерархии принципах. Сети объединяют миллионы людей по горизонтали. В таких сообществах вертикаль власти бесполезна, она не работает. Мезенцев опоздал из-за затянувшейся встречи с представителями «представительной» демократии, что не понравилось «прямой» демократии. Мезенцеву казалось, что подписывая пустую бумажонку с профсоюзами, когда пассажиры уже томились в салоне, он формирует повестку дня. Оказалось, все не так. Повестку дня сформировали те, на чьи мирки он наплевал. Никто не знает содержания той «важной» бумажки, зато все знают о хамстве Мезенцева. А им, мезенцевым невдомек, что та пирамида, на которой держался СССР и постсоветская бюрократическая логистика, рушатся. А управлять по-новому они не умеют, не научены. Беда!

 
Антонов Константин Александрович
Руководитель Новосибирского филиала Фонда развития гражданского общества, доктор социологических наук